Category: музыка

ч-б

Про пуссек и музыку

В Лужниках солист Red Hot Chili Peppers вышел на сцену в майке Pussy Riot. Все в восторге. А должно быть стыдно. Единственная массовая акция поддержки за все пять месяцев, что девушки находятся в тюрьме - это письмо деятелей культуры, которым подтерлись и Верховный суд, и вся остальная камарилья, превратившая нашу страну в безумное зазеркалье.
Среди подписавших обращение были и музыканты, и художники. Но -удивительно- что ни представители современного искусства , ни всякие панки и рокеры - не придумали или не захотели придумать ни одной акции в знак солидарности! Ведь помимо писем есть масса возможностей быть услышанными - ведь можете когда надо и собаками лаять и кошками орать и в бубен колотить. Фестиваль Нашествие , если я не ошибаюсь, вообще не ни слова не упомянул об истории с pussy. Зато активно и радостно приветствуем каждый хлопок из-за рубежа. Ждем, что скажет Мадонна. Или Пол Маккартни.
Вот например, Чешская группа The Plastic People - андеграундеры из 70-х. В 1976 их самих арестовали за "непотребные" песни, им грозило по 15 лет тюрьмы. Гавел их вытащил из тюрьмы, заставил выпустить. Не один Гавел - а внушительная часть чешской интеллигенции, которая стала основой "Хартии77". И письма писали, и к зданию суда выходили. В мае этого года "пластики" организовали в Праге концерт в поддержку не знакомой им русской панк-группы Pussi Riot. Они их знать не знают и не слышали никогда - но знают, что их засунули в тюрьму за выступление. Это просто естественная цеховая солидарность
. Кстати, Стоппард написал о The Plastic People пьесу "Рок-н-ролл", которая идет у нас в РАМТе . Эй, ребята из Рамта, вы же там на гитарах фигачите, изображаете из себя борцов за свободу! Вы играете музыкантов, которые реально существуют на свете. И они не изменились. Они готовы защищать чужую свободу, как свою. А мы?
В Современнике Гарик Сукачев поставил спектакль о свободолюбивых панках - " Анархия". Артисты взахлеб играют иностранных бунтарей и несогласных, со смаком матерятся, песни корячат в микрофоны, рвут струны - панки, чо! Сыграйте спектакль в поддержку девок, объявите со сцены - что держать людей в тюрьме за неудачную шутку - это маразм и подлость! Сделайте поступок. Или Гарик Сукачев с Мишей Ефремовым тоже будут долдонить про оскорбления чувств и подрыв нравственных устоев ?
Стыдно как.
ч-б

Что курят в Стасике)

Из письма родителей детей хора Музыкального театра им. Станиславского и Немировича-Данченко о предстоящей премьере оперы "Сон в летнюю ночь" ( цит по .newsru.com)

Письмо адресовано Всеволоду Чаплину ( ?!!)

"Эта постановка (совместная с Английской национальной оперой) является точным переносом на сцену концепции, декораций, мизансцен, костюмов и музыкального прочтения режиссером, не скрывающим своей гомосексуальной ориентации, - Кристофером Олденом"
"Главный герой - мальчик, который был изнасилован в школе учителем-педофилом, под влиянием выкуренной сигареты с марихуаной погружается в сон-воспоминание.."

... второй и третий акты спектакля "пронизаны развратными сценами совращений и призывов к сексу, оральных ласк гениталий, актов мастурбации, садомазохизма, пропаганды употребления алкоголя и наркотиков, мата, мочеиспускания на сцене".

"Все это происходит на глазах не только зрителей, но и детей, участников хора театра, которые во время действия стоят с сигаретами и спиртным. В то время, когда национальной идеей провозглашается возрождение духовности и укрепление религиозной морали, в храме искусства пропагандируется педофилия, гомосексуализм и наркомания"

..,инициатором и воплотителем постановки является народный артист России, худрук оперы театра Александр Титель, которому в прошлом, в постановке оперы "Травиата" "уже удалось "протащить" на сцену пропаганду откровенных развратных действий".

"Мы как родители призваны поддерживать своего ребенка во всех его благих начинаниях. Мы с радостью и гордостью привели своих детей от 6-14 лет работать и творчески развиваться в детский хор театра. Данная постановка приводит нас в негодование. Самый простой выход - забрать детей из этой грязи (после репетиций весьма сложно ориентировать их на нравственные ценности)"
театр лотрек

Про Гурченко для LJ

Людмила Гурченко, как и для многих, была для меня абсолютным и единственным символом эпохи, и, думаю, этот титул она не потеряла даже в последние годы. Она всегда была Актрисой и никогда не скрывала, что единственной и главной ее любовью была профессия, ради которой она готова была пойти (и шла!) на любые жертвы. Личность ее всегда вызывала восхищение, смешанное с ужасом. Нам, простым смертным, была недоступна эта жертвенность, и в этом смысле Людмила Марковна - почти античная героиня. Она знала на что шла и знала во имя чего.

Вершинами ее карьеры в кино для меня навсегда останутся две роли - Ника в "20 дней без войны" и Тамара в "Пяти вечерах". Такой степени трагизма и простоты никто из наших актрис, пожалуй, не достигал.
Ее лучшие музыкальные работы - тоже не из арсенала мюзик-холла (хотя и в этом легком жанре равных ей в нашей стране нет). Ее телепрограммы "Мои любимые песни" и "Песни войны" подняли советскую музыкальную историю на невероятную высоту и заставили плакать всю страну.

Гурченко при всей своей звездности всегда была человеком самоироничным, умела и любила над собой посмеяться, тяжело переживала хамства и оскорбления и, как все актрисы, была по-детски ранимой, незащищенной. Меня всегда поражала ее способность возрождаться, как птица Феникс, - она "отрезала" от себя неудачи и провалы, сбрасывала их с себя, как ящерица хвост, поднималась, выпрямлялась и снова шла вперед. "Этого не было в моей жизни!" - говорила она и никогда никому не демонстрировала своих душевных ран.

А еще она была очень смелым и принципиальным человеком, не боялась выпасть из стаи, из обоймы - как в профессии, так и в общественной жизни. На морозе в общей очереди стояла на похоронах Егора Гайдара, которого считала героем. Никакая власть не смела обратиться к ней с гнусными предложениями - подписать, поучаствовать, высказаться. Знали, что пошлет. Таких людей не бывает много. Вернее, их вообще не бывает.

http://www.livejournal.ru/themes/id/26663

кошмар какой

Гимном по яйцам)

"... оркестр не заиграл, и даже не грянул, и даже не хватил, а именно, по омерзительному выражению кота, урезал какой-то невероятный, ни на что не похожий по развязности своей марш." (с)


так нам и надо)

via viking_nord
ч-б

Время назад)


Думаю, что и сегодня БГ вряд ли бы осмелился спеть такое. Митволь с Долгих по судам затаскают. Нашисты говном закидают.Как быстро все возвращается...

Под катом - современный вариант этой песни
Collapse )

Спасибо yashin за публикацию
ч-б

"Дядя Ваня" ! Туминас ! Победа!

Невероятный спектакль. Умный, тонкий, нервный, чувственный...И ничего - кроме Чехова. Удивительно, что все, придуманное Туминасом, есть в тексте - он просто сумел это прочитать. Все чеховские штампы повержены. Туминас словно содрал с пьесы лягушачью кожу - эти столетние наросты скуки и нытья. Туминас наполнил ее болью, почти отчаянием и вернул ей прелестную чеховскую иронию.
Слова зазвучали по-другому, как будто им прочистили горло.
Маковецкий сыграл одну из лучших своих ролей - "милый дядя Ваня", мужчина-ребенок, светлый, искренний человек, разрушенный собственной честностью и чистотой, наделенный каким-то тайным знанием жизни, что позволяет ему мрачно шутить на самые опасные темы.Он весело напивается, влюбляется в женщину, как подросток, совершенно нелепыми способами добивается ее расположения, и отвергнутый плачет, по-детски кулаками размазывая слезы. Когда он говорит - мне 47 лет, я почти старик - в это верится с трудом. Когда он говорит - сколько мне осталось? лет тринадцать? - становится страшно.Сергей играет так, что перехватывает дыхание.
В спектакле вообще есть несколько актерских триумфов - после Маковецкого - это безусловно Владимир Симонов, сыгравший профессора Серебрякова в стиле "провинциального трагика",азартно,нагло,с каким-то почти клоунским куражом. Нянька Марина из дряхлой шаркающей старухи превратилась в веселую жизнелюбивую комическую старушку с кокетливым алым бантиком губ и задиристым девчачьим смехом . А играет ее старейшина театра, многолетняя завтруппой Галина Коновалова, которой...за 90! И скачет, и хохочет, и глядит живыми блестящими глазами на проходящих мимо мужиков)
Вдовиченкову поначалу тяжело дается Астров - очень "многабукф"), но второй акт вдруг пошел, покатился, и Астров стал вдруг тем, о ком так грезит бедная Соня - большим, нежным, грубоватым, одиноким уездным "мачо" с нерастраченными чувствами и усталой душой.
Соня , совсем девочка, подросток Мария Бердинских, маленькая, в ужасных ботинках, похожих на ортопедические, - но такая сильная, такая верная, так похожая на своего дядю, рядом с которым она только и бывает по-настоящему счастлива.
И Анне Дубровской Туминас придумал совсем неожиданную Елену Андревну, завораживающую своей ленивой статью и остановившимся русалочьим взглядом.
А какая музыка!.. А какая луна!..Мучительный, страстный спектакль. Похожий на надрывный русский романс.
Еще пойду.


ч-б

про звезду

все кончилось. Я вечер имею в виду - пятилетие нашего журнала Театрал в доме актера с вручением премии Звезда Театрала. Было волнительно, нервно, возбужденно. Вручанты как на подбор - Генри Резник, Владимир Войнович, Ира Петровская, Маргарита Эскина... Получанты и их заменители тоже ничего - Маша Миронова, Верочка Васильева, Анатолий Смелянский ( за МХТ).А как Петр Наумыч Фоменко зажигал! Этуш как всегда - обеспечил финал-апофеоз. Не подвел, старик))
Расстройства основные - отсутствие многих лауреатов, конечно же, по объективным причинам)). Лия Ахеджакова расстроила особенно своим неприбытием. Концертик студенческий театр МОСТ сделал неплохой,хотя смутное ощущение милой самодеятельности меня не покидало. Чудесная секси Катя Гусева спела лирично и звеняще, без фанеры и, кажется, без нижнего белья. Определенно сказать не могу, что шокировало больше - ее вокализ или черное прозрачное обтягивающее платье. Украсила вечер своим голосищем джаз-дива Нина Шацкая.Пение артисток Эрмитажа как-то не вписалось - наверное, в контексте спектакля надо смотреть.Переломанные талантом Левитина ученицы Фоменко Оля Левитина и Даша Белоусова вызывали одновременно и уважение, и жалость. Чудесный конферанс и филигранный свист Антона Кукушкина, невероятно артистичного и остроумного персонажа, стремительного и воздушного - прелесть что такое)). Как бы такое чудо не закопали там , в театре Сатиры.
Пришли Райхельгауз, Бородин, Розовский, Валера Белякович, Алла Шполянская, Женя Кузнецова, Юлия Косарева...
Многое не получилось, многое открылось. Но - произошло главное: атмосфера, о которой и не мечтали. Может, Дом помог. А может, наш коллективный настрой - команда у нас уж больно хороша. Вот авторы друг с другом перезнакомились наконец-то.Валерий Яков не перестает потрясать. Откуда???!!
Короче, азарт гонит дальше. Похоже, что премия "звезда театрала" хочет быть ежегодной. Это бодрит, однако. Чем черт не шутит. И не так страшно оказалось.
Всем друзьям и коллегам низкий поклон. Всех прощаю, всех люблю.


Юбилейный номер - на 116 полос, почитать можно здесь: http://teatr.newizv.ru/
ч-б

меньшиков 1900

Олег Меньшиков играет «Легенду о пианисте» («1900» , повесть Алессандро Баррико). Рассказ о гениальном сироте-найденыше-корабельном сыне полка-пианисте-самородке, который не знал нот и запоминал сложнейшие фортепианные произведения со слуха и никогда не сходил на берег, так и погибнув вместе с кораблем - Джузеппе Торнаторе снял свой фильм почти 10 лет назад с великолепным Тимом Ротом в гл роли и получил за него «Золотой глобус».
Меньшиков не выходил на сцену почти 10 лет (м.б. меньше, в Игроках иногда играл и в неудачном Демоне) и выбрал для своего возвращения историю «Новеченто». Он в прекрасной театральной форме, он соскучился по публике, он нервничает и боится этого огромного пафосного зала, который его и обожает и не уважает ( невыключенные мобильники сокращают жизнь артиста, помните это, гады). Олег не садится за рояль – но не сходит со сцены. Музыка ( три музыканта) – его главный и единственный партнер, он говорит, спорит, плачет и танцует с ней как с живой( и она ему всегда отвечает, это полноценный диалог).
Он много плачет, но не выглядит сентиментальным. Он остроумен, легок и раним .
Это очень честная работа.
Но артист –как пианист – должен играть.

«Вот пианино. Клавиатура начинается и кончается, клавиш всего 88. Они не бесконечные. Ты бесконечен.И бесконечна та музыка, что извлекаешь из клавиш. Мне это нравится. Только так я могу жить. И вот спускаюсь я по трапу, а перед моими глазами клавиатура и миллионы клавиш. Миллионы и миллиарды. И нет им ни конца и ни края. Макс, они бесконечны. А если клавиши бесконечны, ты не сможешь творить на них музыку. Ты сел не за свой рояль. Это рояль Бога».


ч-б

"Три сестры" в Современнике

В Современнике - новая редакция "Трех сестер", третья по счету ( хотя в течение двадцати пяти лет состав исполнителей менялся не раз, правда, без объявления премьеры). Сценография( знаменитый мост, перекинутый через сцену - самое прекрасное!), костюмы, свет и музыка - все те же. Наверное, ГБ корректировала под исполнителей мизансцены, а под время - смысловые акценты.
И все-таки ощущения премьеры - нет. Есть отдельные актерские работы - удачные или не очень, но - ВВОДЫ в старый спектакль. Я помню Гафта-Вершинина и Неелову-Машу, помню эту невыносимую, колом стоящую в груди огромную тоску - то был спектакль о "неудачной жизни", когда каждый сидящий в зале переживал свою личную драму обреченности. Прошлая редакция была уже повеселее - все сосредоточено вокруг чувственности и поиска любви, артистки молодые , страстные - романтическая Чулпан (Ирина), красивая какой-то бесполезной красотой Оля Дроздова (Ольга) и изнывающая от любовной истомы артистка Сенотова (Маша).
В нынешнем составе удивила какая-то общая нестройность, неровность распределения. От полного провала, абсолютного непопадания в образ ( например,Тузенбах - Иван Стебунов,тот самый ударенный путинским приговором несчастный плачущий чацкий) до невероятного персонального открытия ( Кулыгин Сергея Юшкевича, такого тонкого, неожиданного понимания "машиного мужа" я не встречала). Вершинин- Влад Ветров - конечно, приятный мужчина, и даже притягательно несчастный , но для такой натуры как Маша, хотелось бы все-таки расстараться. Все-таки полюбить бы да помучиться.
Надо сказать, что я обожаю эту пьесу ( как впрочем и все остальные пять), поэтому сама музыка текста завораживает меня как дудочка крысолова.
Но ГБ ничего нового не ставит уже почти десять лет. И это самое печальное.
ч-б

"НИКА "

Про смешное

Мы все себя чувствовали азербайджанскими евреями. Все – даже пожилые туркмены. Даже немецкий журналист Кухинке. И скажу по правде – мне не было противно. Мое эстетическое чувство тщетно посылало мне сигналы опасности. Я только иногда удивлялась – «боже мой, мне смешно! И тут смешно, и тут…» После того, как я захохотала над шуткой про астму и оргазм, сигналы прекратились:)

Про грустное

Сюжет об Абдулове, фрагмент его выступления на первой Нике – с рассказом о судьбе «Покаяния». Жена Юлия на сцене то и дело отворачивала заплаканное лицо от аплодирующего стоя зрительного зала. Маленькая коробочка в руках у Баталова – «маленькая Ника для дочки, которой сегодня исполнился год». И совсем неожиданное – премьера песни, которую успел записать Абдулов. Про то, как хочется оживить артистов, оставшихся на кинопленке…

Про неловкое

Жванецкий, вручавший Нику «Ликвидации», с чувством поблагодарил Мишу Пореченкова и Сергея Урсуляка, перевел взгляд на стоящую рядом Лику Нифонтову. Неуверенно сказал ей: «Как приятно, новые лица, новые женщины…». Следующим был Константин Лавроненко, обладатель Золотой Пальмовой Ветви за лучшую мужскую роль на Каннском фестивале. «Вас я не знаю, но вы, наверное, тоже прекрасны…»

Про лауреатов

Отвратное впечатление произвела исполнительница гл. роли в фильме «Русалка». Какая-то несвежая нимфетка неопределенного возраста.

Зря дали Гармашу . Ему эта Ника – что рыбе хрен. Он даже не приехал. Получилось – что прогнулись перед Никитой, который свой фильм из конкурса отозвал.

Очень хотела, чтоб главным фильмом стал «Груз 200», а главным актером – Константин Лавроненко. Но этого не произошло. А «Изгнание» у нас вообще в упор не замечают.

Про зал

Гамма – черно-белая. Никаких других оттенков не было. Что особенно заметно в очереди в дамский туалет.
Лавроненко – лысый как коленка. Играет Блюхера у Урсуляка в «Исаеве».
Артистки-ведущие – это нечто. Если на эстраде – «поющие трусы», то здесь – «говорящие декорации».