May 8th, 2010

ч-б

два звонка 8 мая

1. Здравствуйте. Татьяна Степановна, Екатеринбург. Я дитя войны, потеряла обоих родителей и маленькую сестренку во время войны. Но о нас никто никогда не говорит. Единственная категория людей осталась без внимания государства. Два идиота решили разделить мир, и никто перед нами не извинился, никак не высказал сочувствия.

Даже когда бывают празднования Дня победы вместе с ветеранами, я всегда встаю и говорю: неужели у вас не было тех товарищей, которые погибли во время войны, неужели вы не можете выпить рюмку за тех, кто не вернулся с войны! Никогда этого нет. Это очень страшно. Искаженное, извращенное самосознание людей.

Я никогда не произносила слова «мама» и «папа», потому что я выросла в детдоме. И мне все время намекали в разных социальных службах - «вот если бы ваша мама была жива…» Да если бы мама была жива, я бы никогда порог вашей власти не переступила!

Каждый год в День победы для нас буквально слезы… По Интернету сын нашел фотографию моего отца - сейчас архив Российской армии выставляет сведения о без вести пропавших, погибших, а он погиб в концлагере. Отец месяц был на фронте. Как так могло случиться, что необученных бросили на передний край! И они попали в окружение. Я, когда показала сыну письмо, которое мне прислали из архива, сказала: «я надеюсь, что ты не считаешь своего деда предателем?» Он говорит: «да ты что, мама!» Я говорю: «потому что власть относится к пленным, как к предателям». Я даже сказала, что, «слава богу, что он не вернулся в эту страну, иначе бы он еще сидел здесь».

А вы знаете, меня даже вычеркнули как члена семьи из состава этой семьи! Закон существует только для вдов, они пользуются льготами и все такое прочее. А я – дочь. Вот и говорили, что «если бы мама была жива». Но вот у меня такое несчастье, что маму расстреляли вместе с маленьким ребенком, моей сестрой.

2. Здравствуйте. Меня зовут Ирина Сергеевна, мне 89 лет. Я все это пережила, видела. Я сама правда недолго, но была на фронте. Я была там с мужем, работала переводчицей и нас срочно всех отправили домой, и во время эвакуации все мои документы пропали.
И сколько я ни писала в архив, мне все отвечали - напишите точно дату, число, дайте точный день, когда были на фронте, день, когда уехали, - в общем, отписались и все.
Ведь тогда, в первые годы войны это никого не интересовало, да и мы сами не интересовались своими документами!
Я не могу пожаловаться, у меня жизнь более-менее сложилась нормально, я преподаватель, педагог. Но я должна сказать, что эти все парадности - это все сплошная показуха. Потому что я вижу, как живут соседи по дому, инвалиды, одинокие люди. Как они страдают. У меня сил даже нет об этом говорить.